Фольклор и постфольклор: структура, типология, семиотика

В деревне Авдеево отмечается разная сохранность традиций жизненного и календарного циклов. Из таких семейных обрядов, как свадьба, рождение ребенка и похороны, в настоящее время наиболее редуцирован обряд, связанный с рождением. Свадебный обряд практически прекратил свое бытование на территории этой деревни. Последние свадьбы праздновались здесь, по словам местных жителей, лет шесть назад. Молодежь предпочитает жить в гражданском браке. Но рассказы информантов более старшего возраста позволяют составить представление о том, как игрались свадьбы в Авдееве. Жених и сопровождающие его должны были преодолеть некоторые испытания для того, чтобы получить невесту. Например, им наливали трехлитровую банку воды, из которой они по очереди пили, дожидаясь на крыльце дома невесты. Недопитая банка становилась плохой приметой. Проверяли и силу жениха:

То заставляли, чура… чурак выберут суковатый- суковатый, вот жениха заставляют расколоть это чурак, надо расколоть. Который расколет, значит сильный жених, а который не расколет, значит слабый.
<Подшучивали над ним, если не расколет?>
Дак, конешно, смеялись.
<А невесте какие-нибудь испытания давали?>
Дак давали и невесты, я уш забыла, што давали-то. Тоже давали. Кто што может придумать. Кто… Невесты давали задание… Рас… растелют платок, насы… насыплют, накладут вот на каждый цветочек копейки. И за сколько там вот, скажут, минут, штобы собрала вот эти все копеечки. Вот она на колена становица и собират эти копеечки.
<А потом себе их оставляет?>
Копейки-то? Да, себе оставляют.<…>

[д. Авдеево; А.М. Батырева]

На свадебное застолье приглашали женщин петь песни, «штобы по-старинному, как обычно» отпраздновать свадьбу. Им давали угощение, а иногда и сажали за общий стол. На второй день свадьбы эти же женщины в шутку с песнями возили молодых на колясках или на санках в нетопленую баню. Если жених переезжал жить в дом невесты, то о нем говорили, что он «замуж вышел».

Свадебная порча.

Повсеместно в Пудожском районе отмечаются порчи свадеб. Часто свадьбы портили сильные колдуны - карелы:

<…> <Как портили?>
А это тоже, в основном, колдуньи. Я вот, было в сорок четвертом, когда у нас Петрозаводск освободили вот. И, а туда, здесь Водлозеро есть у нас, а там Ведлозеро. Сто километров от Петрозаводска. Дак я там две недели была, и две, три свадьбы было. А хозяйка карелка, а карелы ведь многие знающие такие. Она гот <говорит>: “Но, посмотри, а, не жильцы” Всё. Вот один, одна свадьба была, в опщем, в эту, в брачную ночь он её выгнал. Што, никто не знает, што за причина. Вторая тоже, потом невеста там через несколько дней ушла. Вот так все три свадьбы, все были расстроены.
<Она их испортила или она просто это поняла?>
Нет, она, она такая была, она почему-то всё у ней, чернокнижница такая, старалася вот всё, как.
<Таких зовут на свадьбу или стараются не звать?>
Нет, их первым долгом зовут. Йих надо как-то загладить, штобы они ничево не сделали.

[д. Бураково; В.А. Анхимкова]

Когда свадебный поезд ехал от места регистрации (сельсовета) к месту празднования (столовой или дому жениха), ему преграждали дорогу:

<…>Дак во время этова и часто и портили, што. Уедут, где вот стоят, раньше загораживали дорогу, вот где свадьба идет, протянут веревку и навешают, навешают. Мы сколько раз, я своих рибуш сколько раз волочила. У меня было ситцев всяких накуплено, дак ба… женщины: «Давай, принеси, Тоня, свои материалы». Ну и загородим дорогу молодым, дак тоже выкуп кидают или деньгами кинут, или бутылку водки кинут. Загораживали тоже дорогу. А как вот объедут вот мимо, например, не захочут што платить им, не станем, объедут, других и портили, вот в этот период и спортят.
<А на чем ехали?>
Дак кто на чем. Кто на ма… Теперь-то все на машинах ездят, а мы-то раньше, у нас машин не было, дак мы, например, ездили регистрировать на тракторе. Только трактор у нас был, дак на тракторе ездили.
<А украшали его?>
Дак украшали, как же. Украшали. Ак, тоже, навешаем материалов да всево. И дорогу загораживали. Приехали, с регистрации домой приехали, у женщин вся дорога загорожёна, штобы не проехать. А у нас еще тракторист: “Да сичас я по снегу объеду кругом”. Мы кричим, што: “Ваня, не надо, поезжай прямо. Не надо”. Тоже всё делали.

[д. Авдеево; А.М. Батырева]

Из похоронного обряда.

Из обрядов жизненного цикла наиболее полно сохранился похоронный. Он вполне традиционен, но встречаются интересные запреты. Нельзя, поминая покойников, есть вилками. Будто бы так родственники колют глаза умершим.

В Олонецкой губернии, куда входил и Пудожский район, существовала развитая традиция похоронных причитаний. Сейчас услышать такие тексты – большая удача. Нам удалось записать несколько плачей:

…как в этот гроб сделают да в гроб повалят покойника, дак тут, тоже забыла… вот что:

Да ты куда да собираешься,

Уж ты куда да снаряжаеся,

Уж ты во путь ли во дороженьку,

И та дороженька не дальная,

Она дорожка безвозвратная,

Ни дождаться там никакой весточки,

Да по уму тебе по разуму

Да состроили во хоромное строеньице,

Да без косивчатых окошечек,

Да без перёного крылечушка

Не увишь света белого.

<…>

Потом я вот еще слыхала. Приходили потом на кладбище. Уже похороненный все. Потом приходили дак вот плакали. Много причатей, но я много забыла, а эту я почему-то вспомнила. Что:

Как бы была я вольна пташеча,

Дак я б слетала через тридеветь озёрушков,

Да я достала бы, победнушка,

Да уж той воды живой

И оживила б тебя бедного

/Ну, видишь, не получается никак/

Оживила бы тебя бедного.

Уж поразвейтесь-ко ветры буйные,

Уж порассыптесь-ко желты пески,

Да поразвинтеська-ко сыра земля,

Да пораздвинься мать сыра земля,

Да покажись-ка гробова доска,

Да покажись-ка тело белоё,

Тело белоё, лицо блёклоё,

Дай во ручиньки маханьице,

А в резвы ноженьки хожденьице,

А во уста да говореньице.

Уж я неладно, бедно сделала,

Я не хорошо удумала,

Уж видно век того не водится,

Да из мертвых живой не родится,

И назад не поворучуца.

[д. Пяльма; М.Г. Алешина, 1923 г.р.]

О домовом.

Как всегда, деревенские жители рассказывают о лешем, водяном, домовом. Часто информанты утверждают, что не верят в существование этих персонажей. Однако запас быличек не иссякает:

<Говорят, что иногда домовой может наваливаться или давить?>
Лично со мной было такое. Я лежала в роддоме, вот роддом был здесь у ручья, берега то есть от ручья-то березовый стоял большущий деревянный дом, а в этом доме раньше жил купец. А я в роддоме была, родила. Моя кровать была, вот как заходишь в дверь, дак от самой двери так вот, ну вот так было, кровать вот так к двери, например, а кровать вот также стоит, как вот эта тумбочка стоит. Спала-спала, и на меня навалилось так, я не могу ни закричать, ни дышать, ничего. Два стула поставлено, только родила, дак не… не разрешали вставать, два стула поставлено напротив, так я машу рукой, машу вот так рукой, что... чтоб, думаю, чтобы кто ли увидит. Но ночью дак кто увидит, ночью это дело было. Махала-махала рукой, сама, думаю, как ли хоть мне запищать-то и это всяко вот это билась-билась-билась и закричала: «И-и-и». Вот так запищала. Санитарка вскочила: «Тонюшка, что с тобой?» Я говорю: «Ой, тетя Поля, меня как кто-то давит», вот эта тетя Поля как раз и работала. В первую-то ночь тетя Ириша Оглодова вот, когда я закричала, была. Ну она говорит: «Ой, Тонюшка, у нас тут постоянно хозяин, видно их раскулачили, выгнали с этого дома, дак вот постоянно, говорит, так давит людей». Утром вставаем, а во второй палатке лежала с Алексеевой бабушка, а она ко мне идет, а сама говорит: «Тонюшка, прости ты меня, ведь это я к тебе послала. Пришел, - говорит, - ко мне, навалился на меня, а, - говорит, - послала: «Поди-поди в тую палатку, поди! Там в той палатке народу больше, поди в тую палатку. А, - говорит, - не успела послать, а, - говорит, - ты уж там закричала». Вот это на самом деле было. На втору ночь вот эта бабка Поля см… уже санитарка сменилась, тая закричала, я вскочила, а она вот с кровати тюфяки вот так тяпнула, вытащила. «Ты что, - говорит, - ебит твою мать, с ума сошел», - говорит. Тую потащил, на тую навалился, дак а она-то это, говорят, надо ругаться, когда хозяин, дак надо ругаться, дак он не будет. Ведь тая закричала. Дак это на самом деле было. Лично со мной было, меня давило. <…>

[д. Авдеево; А.М. Батырева]

“Авдеевский кусок”.

Интересные материалы были собраны по программе «Застолье». Обнаружилось существование таких реалий, как «авдеевский кусок» и «авдеевская варка».

<Кто раньше за столом хлеб резал?>
Дак обычно хозяин, мущина.
<А как резали, прижав к груди?>
Да. К груди. Буханка большая такая. Круглая. Такая… вышиной <показывает примерно 10 см>. А хлеб резали не такими тонкими… ну такой-то кусок <показывает толщину обычного ломтя – 2 см>. А в Авдеево отрезали вот такой-то кусок <показывает примерно 5 см>, назывался авдеевский кусок. И этот кусок частенько авдеевцы засыпали вот солью. И с солью ели. Почему? Потому што в это, в Авдеево, там вот нет… ни ягод нет, ни грибов нет. И там на йихнем берегу даже рыбы нет. И это Авдеево фсегда называлось “голодное Авдеево”. Вот. Што ничево у них. Они за ягодами к нам ходили, за грибами к нам ходили, рыбу рыбачить они фсе на нашем берегу рыбачили. И еще когда вот когда была… авдеевская варка называлась. Рыбы маленечко попадет, говорили: “Ну, рыбы токо авдеевская варка”.
<Это значит, что столько рыбы обычно авдеевцы варят?>
Мало очень. А у нас-то <в Буракове> варили, што там… токо-токо закрыть водичкой, а остальное фсё рыба.

[д. Бураково; В.А. Анхимкова]

Материал размещен на сайте при поддержке гранта №1015-1063 Фонда Форда.