Борис Федорович Егоров – 100

29 мая исполняется сто лет со дня рождения Бориса Федоровича Егорова (1926-2020), который стоял у истоков кафедры русской литературы Тартуского университета и до конца жизни сохранял с кафедрой самую тесную связь.

Выпускник Ленинградского университета, он приехал в Тарту в 1951 г. еще будучи аспирантом, поскольку его жена-химик, Софья Александровна Николаева, после защиты кандидатской диссертации была распределена в Тарту. Именно она выбрала этот университет, т.к. была знакома с Ф. Д. Клементом, физиком из Ленинградского университета (их лаборатории находились рядом), а он в том же 1951 г. был назначен ректором Тартуского университета.

Борис Федорович доучивался в Тарту в аспирантуре и одновременно начал преподавать на кафедре. Это был не лучший момент в истории кафедры, которая была образована в 1947 г. Первый ее заведующий В. Т. Адамс был арестован и отправлен в ГУЛАГ, заведовал пожилой Б. В. Правдин (1887-1960), работавший в «буржуазном» Тартуском университете с 1919 г., а во время войны сотрудничавший в антибольшевистской газете «Новая жизнь» и имевший все основания ждать собственного ареста. Однако Правдин все же пригласил в 1950 г. Ю. М. Лотмана, преподавателя Учительского института, читать лекции на кафедре в качестве почасовика. Таким образом Егоров и Лотман познакомились и постепенно взяли инициативу в свои руки.

В 1952 г. Б. Ф. Егоров защитил кандидатскую диссертацию и в 1954 г. стал заведующим кафедрой, что дало ему возможность окончательно перевести Ю. М. Лотмана из Учительского института в университет, постепенно принять на работу молодых выпускников кафедры С. Г. Исакова и В. И. Беззубова, а потом после закрытия Учительского института в 1956 г. его преподавателей З. Г. Минц и П. С. Рейфмана, которые еще до этого параллельно читали лекции и в университете. Так сложился тот костяк, который составлял основу кафедры вплоть до 1990-х гг., постепенно обрастая молодыми сотрудниками новых поколений.

О легендарных ранних годах существования кафедры и о роли в ней БорФеда, как все его называли (а Лотман иногда – БорФедик) можно прочитать в «Не-мемуарах» Ю. М. Лотмана, в переписке Лотмана – Минц – Егорова, опубликованной БорФедом, а также в его воспоминаниях и многих печатных выступлениях. В том, что из очень разных по характеру, по темпераменту, по научным интересам людей сложилось единое целое, роль Бориса Федоровича очень велика. Обладавший энергичным, веселым и оптимистическим характером, легкий на шутки выдумки, он сплотил сотрудников кафедры глубокими дружескими узами, и здесь их тандем с Ю. М. Лотманом и З. Г. Минц сыграл решающую роль.

Однако главным в кафедральной жизни являлась интенсивная научная деятельность. Егорову удалось выделить из факультетского самостоятельный кафедральный философский семинар и создать дополнительную структуру, где, наряду с докладами на заседаниях кафедры, обсуждались важные методологические вопросы и делались серьезные доклады, что зафиксировано в Хронике кафедральной жизни. Своим главным делом на кафедре Егоров справедливо считал издание серии «Трудов по русской и славянской филологии», главным редактором которой он оставался до 1975 г. С изданием было связано немало преданий, особенно часто Егоров и Лотман рассказывали о своем визите к ректору Ф. Д. Клементу (1903-1973) и о том, как тот дал разрешение на выделение отдельной серии «Ученых записок Тартуского университета» из общефакультетских «Трудов историко-филологического факультета». Первый выпуск новой серии «Трудов по русской и славянской филологии» был приурочен к IV международному съезду славистов, проходившему в 1958 г. в Москве. Цифра I на обложке означала, что издание будет продолжено – так и случилось, серия продолжается до сих пор, хотя самих «Ученых записок» больше не существует, есть отдельные серии „Acta“, в частности и наша - „Acta Slavica Estonica“. Последний к настоящему моменту выпуск «Трудов по русской и славянской филологии. Литературоведение» в рамках этой серии вышел в свет в 2025 г. Ректор Клемент сыграл большую роль в становлении кафедры русской литературы как научного центра. Сам ученый, он понимал значение науки в университетской жизни и всячески поддерживал научные начинания. Бывали с ним и конфликты (чему яркие свидетельства находим в «Переписке»), поскольку кафедра не отличалась точностью в исполнении бюрократических предписаний, а студенты – дисциплинированностью, но его по-настоящему любили и дружески называли между собой «Федя». Способствовал Егоров и такому направлению в научной работе кафедры, как русско-эстонские литературные и культурные связи и сам приложил руку к этим исследованиям (см. статью «В. А. Жуковский и Тарту» и др.).

В 1962 г. Б. Ф. Егоров переехал в Ленинград, но еще в течение нескольких лет продолжал читать в Тарту лекции на заочном отделении, заниматься редактированием «Трудов». Он очень поддержал Ю. М. Лотмана в организации Летних школ по вторичным моделирующим системам.

Имя Б. Ф. Егорова как ученого широко известно и нет необходимости останавливаться на его научных заслугах. Как оппонент многочисленных кандидатских и докторских диссертаций (его, как правило, приглашали в трудных случаях, когда можно было опасаться за «проходимость» диссертации либо в совете, либо в ВАКе) он помог многим ученым, чей научный путь мог бы быть под угрозой; безотказно читал лекции в разных университетах большой страны, а с конца 1980-х гг. и во многих европейских и американских университетах.

В истории нашей кафедры Б. Ф. Егоров занимает особое место. Недаром Ю. М. Лотман, писавший перед кончиной: «Самый дорогой для меня труд – это кафедра», беспокоясь за ее судьбу, просил «во всех принципиально спорных случаях обращаться за советом и помощью к Борису Федоровичу «как к авторитетному, дружественному и ориентированному в наших делах арбитру» и принимать его мнения как лотмановские.

Кафедра хранит благодарную память о Борисе Федоровиче Егорове.

Кафедра русской литературы Тартуского университета
Редакция «Рутении»