ОБЪЕДИНЕННОЕ ГУМАНИТАРНОЕ ИЗДАТЕЛЬСТВОКАФЕДРА РУССКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ ТАРТУСКОГО УНИВЕРСИТЕТА
о проекте | анонсы | хроника | архив | публикации | антология пушкинистики | lotmaniania tartuensia | з. г. минц
personalia | ruthenia – 10 | сетевые ресурсы | жж-сообщество | независимые проекты на "рутении" | добрые люди | НОВОСТЬ: Ruthenia в Facebook

От редакции

Статья магистра русской и славянской филологии Татьяны Дмитриевны Кузовкиной "Архив Юрия Михайловича Лотмана в библиотеке Тартуского университета" была опубликована в польском сборнике Studia Litteraria Polono-Slavica, 5. Warszawa, 2000. S. 477-490. Для публикации на "Рутении" в текст статьи были внесены незначительные редакторские изменения: в большинстве случаев не воспроизводится дублирующее основной текст оригинальное написание эстонских топонимов, фамилий и учреждений, унифицированы система ссылок и краткие библиографические описания, в некоторых случаях имена и отчества заменены инициалами. Также мы не сочли нужным включить в настоящую публикацию резюме, присутствующее в польском издании статьи.

АРХИВ ЮРИЯ МИХАЙЛОВИЧА ЛОТМАНА
В БИБЛИОТЕКЕ ТАРТУСКОГО УНИВЕРСИТЕТА1

ТАТЬЯНА КУЗОВКИНА

Архив Юрия Михайловича Лотмана (1922-1993) - самый обширный среди 150 архивов университетских профессоров и преподавателей, хранящихся в научной библиотеке Тартуского университета.

Основная часть материалов из архива Ю. М. Лотмана была передана в библиотеку его сыном Михаилом Юрьевичем Лотманом в мае 1995 года. Передача оставшихся материалов затянулась на неопределенное время, хотя по договоренности предполагалось, что осенью 1995 года архив будет полностью передан библиотеке.

После того, как научной общественности стало известно о передаче рукописного наследия Ю. М. Лотмана в библиотеку Тартуского университета, в архив стали передаваться материалы ученого и от других лиц. В 1997 году профессор Любовь Николаевна Киселева передала библиотеке подборку материалов, связанных с похоронами Ю. М. Лотмана, газетные вырезки о нем, письмо Александра Исаевича Солженицына Лотману, которое она хранила по просьбе Юрия Михайловича.

Проф. Борис Федорович Егоров из Петербурга прислал ксерокопии писем Ю. М. Лотмана Б. Ф. Егорову, Юлиану Григорьевичу Оксману, Борису Андреевичу Успенскому и Владимиру Николаевичу Топорову. В 2000 году кафедра русской литературы Тартуского университета передала 40 папок с материалами Летних школ по вторичным моделирующим системам, Трудов по знаковым системам и Блоковских сборников.

После поступления в библиотеку основного массива архивных материалов Ю. М. Лотмана работники библиотеки сочли своим моральным долгом по возможности быстро ввести их в научный оборот. Эстонский научный фонд выделил деньги на специальный, рассчитанный на четыре года, проект Научно-техническая обработка личного архива профессора Ю. М. Лотмана и создание компьютерной базы данных в библиотеке Тартуского Университета. Руководит проектом заведующая отделом редких книг и рукописей Маре Ранд. С архивом работают старший библиотекарь Татьяна Константиновна Шаховская и автор этих строк.

Архив Ю. М. Лотмана был собран и сохранен благодаря усилиям его жены Зары Григорьевны Минц (1927-1990), профессора Тартуского университета. Именно она хранила все присылаемые письма, рукописи и машинописи статей и монографий Ю. М. Лотмана, машинописи Трудов по знаковым системам, Ученых записок кафедры русской литературы и Блоковских сборников с авторскими и издательскими пометами и другие бумаги. Разбор материалов показал, что З. Г. Минц проводила и систематизацию архивных материалов. К сожалению, семья часто переезжала2, и порядок хранения бумаг нарушался.

После смерти Зары Григорьевны три последние года жизни Юрий Михайлович работал при помощи секретарей, которые не имели навыков архивной работы и складывали бумаги "хронологическими пластами".

Материалы из архива Ю. М. Лотмана были переданы в 44-х плотно упакованных ящиках разных размеров, содержание которых не было описано. Бумаги хранились неупакованными в неотапливаемом помещении, поэтому были сильно загрязнены и требовали полистной очистки. Эту работу проводил специальный дезинфектор в течение нескольких лет, передавая бумаги по мере очистки на первичную сортировку.

После сортировки и систематизации материалов, поступивших в библиотеку, было решено разделить их на три отдельных фонда:

    Фонд 135: Юрий Лотман, Зара Минц. Эпистолярный архив.
    Фонд 136: Юрий Лотман. Личный архив.
    Фонд 137: Зара Минц. Личный архив.

Самый большой и наиболее обработанный в настоящее время фонд - эпистолярный, который включает в себя переписку Ю. М. Лотмана и З. Г. Минц с учеными и общественными деятелями, различными учреждениями, а также обширную семейную и дружескую переписку. Переписка была выделена в единый и самостоятельный архив по двум причинам - благодаря близким научным интересам супругов-ученых тематика писем и круг их корреспондентов, которые нередко обращаются к обоим супругам одновременно, настолько связаны, что разделить их оказалось невозможно; вторая причина - обширность эпистолярного материала. Юрий Михайлович и Зара Григорьевна хранили практически все присылаемые им письма, поэтому архив огромен и насчитывает более 2 тысяч единиц хранения, что составляет около 17 300 оригинальных писем (кроме того за четыре года было собрано около 700 листов с ксерокопиями писем самого Юрия Михайловича).

Основную массу составляют письма от частных лиц, некоторая их часть выделена и обработана по тематическому принципу. Например, 249 авторов, обращавшихся исключительно с просьбой прислать им книги, собраны в несколько единиц хранения под заглавием Письма-просьбы от частных лиц о присылке "Ученых записок ТГУ", работ Ю. М. Лотмана и З. Г. Минц. В отдельные группы объединены письма от учреждений и письма от читателей и телезрителей цикла передач Беседы о русской культуре.

Особый интерес представляет переписка супругов Ю. М. Лотмана и З. Г. Минц, их детей и родственников. Переписка Юрия Михайловича и Зары Григорьевны продолжалась на протяжении 30 лет. Телефон в семье появился только во второй половине 1980-х годов, поэтому часто уезжая работатать в библиотеки Ленинграда и Москвы, Зара Григорьевна и Юрий Михайлович писали друг другу почти каждый день. В архиве хранится 489 писем, открыток, телеграмм от Юрия Михайловича жене и детям и 295 писем Зары Григорьевны. Стилистическая игра и шуточные иллюстрации делают письма Лотмана художественными текстами. Так, например, летом 1957 года Юрий Михайлович пишет Заре Григорьевне письмо из дачного поселка Эльва ("Урочище Ельна, что под Юрьевым") о том, как он справляется со своими родительскими обязанностями:

    Детишки же все, божиею милостию, здравы сущи, пищу вкушают с умеренным поучением на теле <...>,

сообщает о покупке резиновых сапог:

    Матушка пощади и помилуй. Был мне окоянному расход велик: детишки бегают босы, лето выпало дождливо и бысть дождь без перерыва, аще и рекам из берегов выступить. И детишки малы, неразумны, до воды охотливы, яко елень источника водного жаждущи, аще где налезут, тамо ся полощут. Ноговицы изодрали, пришло босиком ходить. И купил я у захожего кооператора черленые сапоги, а вдал полтину серебра да шубу горностай.

В том же письме рассказано о некой "кафедральной боярышне", которая неудачно сдала экзамен по диалектическому материализму профессору Рэму Наумовичу Блюму:

    А пытал ее в правой вере преподобный отец Рем, иже взыскан благодатию божиею, муж книжен, трезв и постник. И бе та боярыня умом темна и речью косна.

Большой интерес для исследователей жизни и творчества Лотмана представляют письма его старших сестер. Юрий Михайлович родился в семье ленинградских интеллигентов. Его отец был адвокатом, мать, получившая образование в Сорбонне, была зубным врачом. Старшая сестра, Инна Михайловна Образцова (1915-1999), окончившая Ленинградскую Консерваторию, стала композитором, преподавала теорию музыки, написала монографии о жизни и творчестве Модеста Мусоргского. Свои музыковедческие работы она часто присылала на суд брата и обсуждала высказанные им замечания. Младшая из сестер - Виктория Михайловна Лотман (род. 1919) была известным в Ленинграде врачом-кардиологом, работала в клинике Академии наук, лечила многих выдающихся ученых3. Ее письма - письма врача. Чувствуя ответственность за здоровье большой лотмановской семьи, она постоянно дает рекомендации и советы. Однако, как и все члены семьи Лотманов, Виктория Михайловна живет напряженной культурной жизнью: в письмах обсуждаются новости театра, кино, литературы.

Наибольший интерес для историков литературоведения представляют собой письма третьей сестры Юрия Михайловича - Лидии Михайловны Лотман (род. 1917), доктора наук, ведущего научного сотрудника Пушкинского Дома, специалиста по истории русской литературы середины и второй половины XIX века. Школьные годы Юрия Лотмана прошли в окружении студенческих друзей Лидии Михайловны, их филологические интересы во многом сформировали стремление Юрия Михайловича стать филологом. Под влиянием сестры старшеклассник Лотман посещает лекции на филологическом факультете Ленинградского университета (см. Лотман 1995: 6-7). В письмах Лидии Михайловны обсуждаются конкретные статьи Юрия Михайловича, спорные проблемы литературоведения, рассказывается об академической и неакадемической жизни Пушкинского Дома: о защитах диссертаций, служебных перемещениях и связанных с ними интригах.

Начало переписки с сестрами относится к 1940-м годам: сестры пишут брату на фронт, в действующую армию из блокадного Ленинграда. Из письма Лидии Михайловны Лотман (1944 года):

    Во многих дворах, садах, скверах - огороды <...> на Невском в сквере перед нашей школой стоят и зреют огромные кочаны капусты <...> буйная зелень придает особенную классицистичность пейзажам.

В семье Лотманов каждый вечер, даже в блокаду, читали вслух. В этом письме упоминается Богема (Картины Парижа) Мерсье.

Безусловно, самая большая и значительная часть писем к Лотману и Минц - научная переписка: письма от издателей и редакторов ведущих гуманитарных изданий мира, в которых публиковались лотмановские работы, письма об организации знаменитых Летних школ в Кяэрику и об издании Трудов по знаковым системам, приглашения на конференции, письма об организации чтения лекций и специальных курсов в университетах Москвы, Ленинграда, Алма-Аты, Одессы, Еревана, Тбилиси, Праги, Рима, Будапешта и многих других городов.

Среди постоянных корреспондентов Юрия Михайловича Лотмана и Зары Григорьевны Минц, переписка с которыми была не только научной, но и дружеской и велась долгие годы - Михаил Леонович Гаспаров (род. 1935), Мирослав Дрозда (1924-1990), Борис Федорович Егоров (род. 1926)4, Вячеслав Всеволодович Иванов (род. 1929), Дмитрий Сергеевич Лихачев (1906-1999), Дмитрий Евгеньевич Максимов (1904-1987), Юлиан Григорьевич Оксман (1894-1970), Александр Моисеевич Пятигорский (род. 1929), Владимир Николаевич Топоров (род. 1928), Борис Андреевич Успенский (род. 1937).

Обширный пласт в эпистолярном архиве занимают письма от участников Летних школ и семиотических изданий, среди которых: Елеазар Моисеевич Мелетинский (род. 1918), Петр Григорьевич Богатырев (1893-1971), Борис Михайлович Гаспаров (род. 1940), Арон Яковлевич Гуревич (род. 1924), Уку Мазинг (1909-1985), Мераб Константинович Мамардашвили (1930-1990), Дмитрий Михайлович Сегал (род. 1938), Роман Давидович Тименчик (род. 1945), Роман Осипович Якобсон (1896-1982).

Корреспондентами Юрия Михайловича Лотмана и Зары Григорьевны Минц были многие выдающиеся ученые: Сергей Сергеевич Аверинцев (род. 1937), Михаил Павлович Алексеев (1891-1981), Пауль Аристе (1905-1990), Виктор Владимирович Виноградов (1894-1969), Виктор Максимович Жирмунский (1891-1871), Юрий Дереникович Апресян (род. 1930), Павел Наумович Берков (1896-1969), Вадим Эразмович Вацуро (1935-2000), Альгердас Жюльен Греймас (род. 1917), Лидия Яковлевна Гинзбург (1902-1990), Богуслав Жилко (род. 1944), Андрей Анатольевич Зализняк (род. 1935), Арпад Ковач (род. 1944), Юлия Кристева (род. 1941), Клод Леви-Строс (род. 1908), Иржи Левый (1926-1967), Алексей Федорович Лосев (1893-1988), Мария Рената Майенова (1910-1988), Юрий Владимирович Манн (род. 1929), Игорь Александрович Мельчук (род. 1932), Николай Иванович Мордовченко (1904-1951), Николай Кирьякович Пиксанов (1878-1969), Анатолий Васильевич Предтеченский (1883-1966), Владимир Яковлевич Пропп (1895-1970), Александр Александрович Реформатский (1900-1978), Чезаре Сегре (род. 1928), Кирилл Федорович Тарановский (1911-1993), Цветан Тодоров (род. 1939), Никита Ильич Толстой (1923-1996), Томас Себеок (род. 1920), Умберто Эко (род. 1932), Ежи Фарыно (род. 1941), Александр Флакер (род. 1924), Гейр Хетсо (род. 1937), Виктор Борисович Шкловский (1893-1984), Натан Яковлевич Эйдельман (1930-1989), Борис Михайлович Эйхенбаум (1886-1959), Ефим Григорьевич Эткинд (1918-1999) и другие.

В архиве хранятся также письма и открытки знаменитых деятелей русской и эстонской культуры: Вальмара Адамса (1899-1993), Павла Григорьевича Антокольского (1896-1978), Лилии Юрьевны Брик (1891-1978), Елены Сергеевны Булгаковой (1893-1970), Натальи Евгеньевны Горбаневской (род. 1936), Даниила Александровича Гранина (род. 1919), Яна Кросса (род. 1920), Эдуарда Лимонова (род. 1943), Юрия Петровича Любимова (род. 1917), Надежды Яковлевны Мандельштам (1899-1980), Леннарта Мери (род. 1929, нынешнего президента Эстонии, который в студенческие годы писал под руководством Юрия Михайловича курсовую работу), Булата Шалвовича Окуджавы (1924-1997), Давида Самойлова (1920-1990), Александра Исаевича Солженицына (род. 1918), Александра Трифоновича Твардовского (1910-1971), Константина Александровича Федина (1892-1977), Анастасии Ивановны Цветаевой (1894-1993), Корнея Ивановича Чуковского (1882-1969), Ильи Григорьевича Эренбурга (1891-1967), Марии Вениаминовны Юдиной (1899-1970).

Просьбы, с которыми иногда обращались корреспонденты Юрия Михайловича, ярко характеризуют его личность. Так, например, в письме философа Александра Моисеевича Пятигорского от 20 августа 1967 года из Москвы рассказан следующий эпизод:

    Вчера был у меня поэт Иосиф Александрович Бродский. Сидел, и пил чай, и ел дыню, и был смирен, и тих, и до невероятности мрачен, и недоволен, и раздражен, и несчастен.

    И умолял меня - чуть не в ноги падал - чтоб я для него у Вас протекции попросил. Он очень, очень хочет работать на острове, так чтоб было уединение и сосредоточенность, кроме, разумеется верного куска хлеба.

Нам неизвестен ответ Лотмана, но планы самого Бродского изменились, и он не стал работать в Эстонии, хотя приезжал сюда и читал в Тарту свои стихи.

130 писем объединены в раздел Письма читателей и телезрителей. Наибольшее количество писем посвящено книгам о Пушкине: комментарию к Евгению Онегину (Лотман 1980) и биографии поэта (Лотман 1981), в которой наиболее ценной для читателей оказалась мысль о выстраивании человеком своей личности по высоким нравственным образцам художественной литературы (см. об этом подробнее: Кузовкина 1999: 33-43). После появления телевизионного цикла Бесед о русской культуре, когда читатели книг Лотмана увидели его "настоящего, живого", прибавились письма-признания от восторженных почитательниц таланта и личного обаяния ученого.

В отдельную группу эпистолярного архива Юрия Михайловича Лотмана и Зары Григорьевны Минц можно выделить письма от учеников. У Юрия Михайловича и Зары Григорьевны хватало душевного тепла поддерживать своих бывших студентов среди "житейской непогоды" на протяжении долгих лет. Об этом свидетельствуют 77 писем от Раисы Артемьевой (род. 1937), учительницы из Старого Изборска, которая вела переписку со своими учителями в течении 20 лет. Не забывали Юрий Михайлович и Зара Григорьевна и о тех своих учениках, которые были в местах воинской службы или тюремного заключения. Об этом свидетельствуют письма от Игоря Аполлониевича Чернова (род. 1943) и Габриэля Гаврииловича Суперфина (род. 1943).

Значительный раздел эпистолярного архива составляют просьбы о присылке Трудов по знаковым системам, семиотических работ Юрия Михайловича Лотмана и Блоковских сборников. Книги просят прислать библиотеки университетов и институтов Украины, отдаленных районов России (Перми, Южносахалинска и др.), Московской Православной Духовной Академии. О присылке книг просят студенты (в основном, москвичи и ленинградцы), которые "хотели бы заниматься настоящей наукой", работники литературных музеев, специалисты-гуманитарии, среди которых много известных ученых. Довольно обширен пласт писем от технической интеллигенции, математиков, физиков, для которых особенно интересна была методика структуралистических исследований Ю. М. Лотмана. Судя по письмам, в которых читатели благодарили за присланные работы, значительную часть просьб Юрий Михайловича выполнял.

Письма с просьбами прислать книги свидетельствуют о том, что уже во второй половине 1960-х годов работы Лотмана были широко известны не только в СССР, но и за его границами. Ученые и работники библиотек Италии, Франции, США, Канады, Болгарии, Германии, Чехии, Сербии, Польши, Венгрии, Японии, Китая заказывают Труды по знаковым системам, Лекции по структуральной поэтике, монографии Анализ поэтического текста и Структура поэтического текста.

Очень интересны письма однополчан Юрия Михайловича: ленинградского слесаря Алексея Егоровича Егорова, сельского учителя и поэта из Подмосковья Павла Дмитриевича Наживова, украинского крестьянина Николая Васильевича Кочетова, свидетельствующие о сохранившейся через многие годы духовной общности людей, прошедших войну.

Отвечал ли Лотман на все присланные ему письма?

С уверенностью можно сказать, что отвечал на большую их часть. Мы можем лично засвидетельствовать, что в последние три года жизни он очень внимательно относился ко всей приходящей корреспонденции, обычно начиная рабочий день с разбора почты. В 1990-1993 годах, после перенесенного инсульта, Юрий Михайлович стал плохо видеть, поэтому ответы на письма он диктовал (в архиве сохранились записанные рукой секретарей письма этих лет: адресату обычно отправлялся машинописный вариант).

Письма к Лотману - не только свидетельство напряженных научных контактов ученого, но и материал для изучения целого пласта жизни гуманитарной интеллигенции 1940 - начала 1990-х годов5.

Второй фонд, работа над которым заканчивается в данный момент, - это личный архив Юрия Михайловича Лотмана. В него включены биографические документы Юрия Михайловича, варианты рукописей напечатанных трудов, рабочие материалы и картотеки, черновые записи, рецензии, доклады, выступления, материалы конференций и Летних школ, опубликованные и неопубликованные научные работы других лиц, присланные Юрию Михайловичу Лотману или Заре Григорьевне Минц для отзывов и публикаций, приглашения на симпозиумы и конференции, материалы, отражающие деятельность Юрия Михайловича в Тартуском университете, и т.д.

Биографические материалы архива могут быть и ярким свидетельством политики ушедшей эпохи - например, техническое задание на период командировки проф. Лотмана в 1979 году в Будапешт для участия в работе конференции Терминология семиотики и ее историческое значение обязывало командируемого:

    В беседах с зарубежными учеными и специалистами пользоваться только данными, опубликованными в открытой печати. Пропагандировать политику КПСС и Советского правительства в борьбе за мир и мирное существование, рассказывать об успехах коммунистического строительства в СССР, используя при этом актуальные материалы, например, выступления тов. Л. И. Брежнева.

Среди биографических материалов хранится и тетрадный лист, на котором рукой Юрия Михайловича написано: "К вопросу о литературно-общественном значении гибели Радищева. 1948 г.". Видимо, это - заглавие той самой, исчезнувшей статьи Юрия Михайловича, о которой он вспоминал:

    Одна из ранних наших работ, написанная в 1948 году, была посвящена проблеме самоубийства у Радищева и в литературе конца XVIII века. Работа была передана Г. Гуковскому и заслужила его одобрение. Однако экземпляр ее исчез во время ареста Гуковского. Последний экземпляр статьи был передан мной Д. С. Бабкину на предмет включения в готовившийся им том сборника "XVIII век". Бабкин печатать статью отказался, но почему-то отказался и вернуть ее мне. Статья исчезла бесследно и никогда опубликована не была. (Лотман 1996: 312)

Об этой же статье - в Не-мемуарах:

    <...>мне удалось доказать, что Карамзин откликнулся на гибель Радищева, замаскировав этот отклик под перевод с французского.

    Эта оставшаяся неопубликованной статья - до сих пор у меня самая любимая. (Лотман 1995: 34)

На хранящемся в архиве тетрадном листке, которым, вероятно, была обернута статья, рукой Григория Александровича Гуковского написано обращение к машинистке:

    Дорогая Катерина Митрофановна! Сия статья - весьма ценный опус, включенный в Радищевский сборник. Прошу (в смысле умоляю - в смысле настаиваю) немедля перестукать ее на машинке.

В раздел биографических материалов входят материалы о похоронах Ю. М. Лотмана: некрологи из эстонских, российских (столичных и провинциальных), немецких, итальянских, шведских, датских газет и журналов, обращения ректора Тартуского университета Пеэтера Тульвисте в министерства иностранных дел России и Эстонии с просьбой пропустить без визы через границу людей, едущих на похороны Юрия Михайловича (такое разрешение было дано), 76 телеграмм, факсов, компьютерных писем с соболезнованиями по поводу кончины Лотмана.

Одним из наиболее ценных разделов в биографических материалах можно назвать рисунки Юрия Михайловича. Большая часть из них - зарисовки, иллюстрирующие мысли и ассоциации. Есть среди них и наброски портретов участников Летних школ (В. Н. Топорова и А. М. Пятигорского, Б. Ф. Егорова), шаржи на членов студенческих семинаров, участников различных конференций. Отдельную серию представляют собой рисунки зайцев (Заяц - домашнее имя Зары Григорьевны Минц). Зайцы смеются, несут огромные хозяйственные сумки, стучат на печатной машинке: "Блок, Блок, Блок". Часто под рисунками - короткие шуточные подписи. Всего в архиве насчитывается 129 листов с рисунками Лотмана (некоторая часть из них опубликована в журнале "Вышгород" 1998, N 3).

В отдельный раздел выделены рукописи и машинописи монографий и статей Юрия Михайловича, на большей части которых - авторская правка и редакторские пометы. Основной корпус этих материалов составляют машинописи. Текстов, написанных рукой Юрия Михайловича, в архиве относительно мало (полностью имеется лишь рукопись Структуры художественного текста (М.:"Искусство", 1970). Видимо, это связано с тем, что некоторые из них остались в непереданной части архива. Кроме того, известно, что с определенного времени Юрий Михайлович писал статьи сразу на печатной машинке.

Наиболее полно представлены подготовительные материалы к книгам Роман А. С. Пушкина "Евгений Онегин": Комментарий. Пособие для учителя (Л., 1980) и Александр Сергеевич Пушкин: Биография писателя. Пособие для учащихся (Л., 1981), издававшимся в ленинградском отделении издательства "Просвещение". Во многом выходу этих книг способствовал редактор издательства Аркадий Александрович Крундышев, переписка с которым отражает все стадии прохождения монографии в печать (очень интересны, например, подробные отзывы-рецензии учителей).

Практически полностью в архиве представлены материалы 1990-1993 годов, тех лет, когда Юрий Михайлович в связи с ухудшением зрения диктовал секретарям свои статьи и монографии. В настоящее время готовится к публикации том работ Ю. М. Лотмана последних лет жизни, среди которых второе, исправленное и дополненное издание монографии Культура и взрыв (Лотман 1992), вышедшей в условиях "первой фазы" нарождающегося капитализма, в страшной спешке, без внесения тех исправлений, которые сделал автор в машинописи, и без предоставления корректуры. (Ср. польский перевод Lotman 1999, сделанный по заново выверенному тексту.)

Несомненный интерес представляют рукописи и машинописи вариантов монографии Непредсказуемые механизмы культуры. В начинающемся лотмановедении об этом тексте ходят легенды, поэтому остановимся подробнее на истории его публикации. Непредсказуемые механизмы культуры Юрий Михайлович начал писать в июле 1989 года, когда находился в Германии на лечении после тяжелого инсульта. Именно тогда он впервые опробовал новый способ работы:

    Я вынужден новую книгу диктовать Заре, и она, как верный друг, пишет все под диктовку: работа медленная и очень трудная. Но все же работа, а это мое главное счастье. (Лотман 1997: 408)

- писал Юрий Михайлович своей однокурснице, Фаине Семеновне Сонкиной. В апреле 1991 года рукопись книги была сдана в печать в ленинградское отделение издательства "Советский Писатель". Сохранился листок, на котором Юрий Михайлович "пробовал" разные названия для своей книги:

    Динамика культуры,
    Динамика текста в пространстве культуры (предпочительное название),
    Динамический мир культуры (предпочительное название),
    Оправдание искусства.

Небольшая книга (8 печатных листов) была сдана в печать с заглавием Похвальное слово культуре и должна была быть напечатана к концу 1991 года. Юрий Михайлович на этом работу не прекратил, он продолжал надиктовывать главы новой книги, в которой развивал идеи о "возможностях совершенно иных путей развития культуры, чем те, которые реализовались в истории" (Лотман 1997: 87). Замысел разрастался, и к ноябрю 1991 года Лотман уже закончил вторую книгу - Культура и взрыв.

    А светлая сторона состоит в том, что я кончил книгу. Не ту маленькую, которая застряла в Лен<инградском> - или П<е>т<ер>б<ургском> - "Писателе" (там ранняя редакция, которая еще совсем сырая), <...> а совершенно новую, которая (10 авт. л.) если появится, то будет, как мне кажется, ГЛАВНАЯ КНИГА.

- писал Юрий Михайлович в одном из писем (Лотман 1997: 425).

Зимой 1991 года издательство развалилось и вернуло монографию Похвальное слово культуре автору. Летом 1992 года Юрий Михайлович подписал договоры об издании своих книг одновременно с двумя итальянскими издательствами. В одно из них, "Фельтринелли", он отдал Культуру и взрыв, которая вышла в переводе Катарины Валентино, а в другое, венецианское издательство "Марсилио", которое возглавлял тогда Де Микелис, ту самую не вышедшую по-русски книгу, которая в этом, итальянском, варианте стала называться Непредсказуемые механизмы культуры и была переведена на итальянский язык Николеттой Марчиалис.

В это же самое время частым гостем Юрия Михайловича стал "новый русский" издатель из эстонского города Валга, Михаил Богустов, человек без филологического образования, но стремящийся к знаниям и меценатской деятельности. К тому времени он издал в Валге несколько номеров "Ахматовского Вестника". Желая как-то поддержать показавшегося симпатичным молодого человека, Юрий Михайлович откликнулся на одну из его многочисленных просьб и отдал Богустову второй экземпляр отправленной в Италию машинописи Непредсказуемые механизмы культуры. Книга была издана в 1994 году, уже после смерти Лотмана, в формате газеты, с большим количеством опечаток, с совершенно нечитаемыми (настолько мелок шрифт) примечаниями в конце и, кроме того, с воспроизведением не только титульных листов книг Юрия Михайловича с автографами, подаренных Богустову, но и профиля самого издателя на первой странице. Эта работа, не переиздававшаяся с тех пор, найдет свое место в академическом томе работ Лотмана 1990-1993 годов.6

Значительную часть материалов последних лет представляют собой рукописи статей Юрия Михайловича, записанные его секретарями, большая часть которых уже опубликована в новой серии Ученых записок кафедры русской литературы (О реализме Гоголя, Между свободой и волей (судьба Феди Протасова), Повесть Баратынского о русском Дон Кихоте), статья Две осени напечатана в сборнике Ю. М. Лотман и тартуско-московская семиотическая школа (М.:"Гнозис", 1994), в N 1-2 "Вышгорода" за 1997 год опубликована статья Портрет, в N 9 "Знамени" за 1997 год - статья Современность между Востоком и Западом.

Фотографии, переданные в архив, составят около десяти единиц хранения. В отдельные единицы выделены фотографии участников первой и второй Летних школ, семейные фотографии 1950-1970-х гг., портреты Ю. М., портреты З. Г., на первом из которых ей 8 лет. Интересны групповые студенческие фотографии конца прошлого века, на которых - молодые родители З. Г., и школьные фотографии самой З. Г.

Отдельный архив Зары Григорьевны Минц специально в библиотеку не передавался. Фонд 137: Зара Минц. Личный архив состоит лишь из тех материалов, которые оказались среди переданных в библиотеку бумаг Лотмана: личные документы З. Г. Минц и ее родственников, студенческие конспекты, рукописи научных работ, подготовительные материалы к кандидатской диссертации, варианты докторской диссертации, материалы, связанные с руководством курсовыми и дипломными работами, и т.д. Очень интересны дневники Зары Григорьевны 1940-х годов, ее автобиографическая проза и юношеские стихотворения. С точки зрения Зары Григорьевны - тогда подростка - описан быт и традиции ее семьи. Мама умерла в 1939 году, и главным для нее человеком стал отец - врач санитарной службы, который остался в блокадном Ленинграде и умер от истощения в 1942 году. Зара Григорьевна вместе со своей школой была эвакуирована в Челябинск, где жила в интернате детей рабочих Кировского завода. В 1944 году без документов вернулась в Ленинград и поступила на филологический факультет Ленинградского университета. Художественные тексты Зары Григорьевны этого времени не только содержат исключительно ценные биографические подробности, но и свидетельствуют о ее ярком литературном таланте.

В заключение хотелось бы сказать, что мы были бы очень благодарны всем коллегам за передачу в архив писем, рисунков Юрия Михайловича и других материалов или их копий, хранящихся в личных архивах, или даже за предоставление информации об их местонахождении.

Наш адрес:

Mare Rand
Ka-umlsikirjade ja haruldaste raamatute osakond
Tartu U-umllikooli Raamatukogu
W. Struve 1
Tartu, Eesti
tel. +(372 7) 375745
marer@utlib.ee

ПРИМЕЧАНИЯ

1 Данная статья не претендует на полный обзор архива Юрия Михайловича Лотмана: мы останавливаемся подробно лишь на самой обработанной его части - эпистолярной. Автор считает своим долгом выразить благодарность Татьяне Константиновне Шаховской за помощь в работе, а также отметить, что статья написана в рамках проекта Эстонского Научного Фонда (Eesti Teadusfond, grant GRE RT3008). Назад

2 Первое время после своего приезда в Тарту в 1950 году Ю. М. Лотман жил в общежитии Учительского института (бывшая усадьба Фаддея Булгарина, ул. Сальме 1а), потом семья Лотманов жила по следующим адресам: Тяхе 94, кв. 5; Лоотузе 13, кв. 9; Кастани 9, кв. 7; Бурденко 63, кв. 6; Лаулупео 7, кв. 1. Назад

3 Юрий Михайлович рассказывал, что Виктория Михайловна спасла жизнь Борису Михайловичу Эйхенбауму, начав его лечить после того, как известный ленинградский врач, осмотрев больного и поправляя после этого перед зеркалом галстук, произнес с пафосом: "Больше мы не увидим нашего дорогого Бориса Михайловича!". Назад

4 В 1997 году проф. Б. Ф. Егоров собрал и издал в Москве 732 письма Лотмана 1940-1993 годов (Лотман 1997), опубликовав большую часть писем Лотмана к себе (свыше 200), а также письма Лотмана к родным, сокурсникам и коллегам. В архиве хранится 407 оригиналов писем Егорова Лотману. Копии этих писем были отправлены Борису Федоровичу, который сейчас готовит к изданию свою переписку с Лотманом. Назад

5 Собирание писем Ю. М. Лотмана, которое начал Б. Ф. Егоров, - одна из задач лотмановедения. Причем, если письма Лотмана известным ученым и культурным деятелям могут быть найдены в их архивах, то письма однополчанам, ученикам, читателям, телезрителям отыскать очень трудно. Назад

6 Кроме того, сейчас в Санкт-Петербурге в издательстве "Искусство-СПб" готовится к изданию том работ Ю. М. Лотмана по семиотике, в котором будет опубликован и исправленный текст Культуры и взрыва. Монография Лотмана была заново сверена по записям секретарей и первоначальным машинописям с авторской правкой, хранящимся в архиве, автором этих строк при участии Д. Э. Кузовкина и Т. Н. Фрайман. Работа велась под руководством и при участии проф. Л. Н. Киселевой. Назад
(Прим. ред. К моменту публикации статьи упомянутый том работ вышел из печати. См.: Лотман Ю. М. Семиосфера. СПб.: Искусство-СПб, 2000.)

ЛИТЕРАТУРА

Кузовкина 1999 Кузовкина Т. Д. Ощущение свободы. Ю. М. Лотман о Пушкине. Отклики читателей // "Вышгород", 1999. N 1-2. С. 33-43.

Лотман 1980 Лотман Ю. М. Роман А. С. Пушкина "Евгений Онегин". Комментарий. Пособие для учителя. Л.: "Просвещение", 1980.

Лотман 1981 Лотман Ю. М. Александр Сергеевич Пушкин. Биография писателя. Пособие для учащихся. Л.: "Просвещение", 1981.

Лотман 1992 Лотман Ю. М. Культура и взрыв / Подготовка текста Н. Злыдневой, Н. Гринцера. М.: "Гнозис", 1992.

Лотман 1995 Лотман Ю. М. Не-мемуары // Лотмановский сборник. 1. М.: "ИЦ-Гарант", 1995. С. 5-53.

Лотман 1996 Лотман Ю. М. Очерки по истории русской культуры XVIII-начала XIX века // Из истории русской культуры. Том IV (XVIII - начало XIX века). М.: Школа "Языки русской культуры", 1996, С. 11-346.

Лотман 1997 Лотман Ю. М. Письма 1940-1993 / Сост., подготовка текста, вступ. ст. и комм. Б. Ф. Егорова. М.: Школа "Языки русской культуры", 1997.

Lotman 1999 L-otman Jurij. Kultura i eksplozja / Przel- Przel-oz-pointyl- i sl-owem wste-tailpnym opatrzyl- Bogusl-aw z-pointyl-ko. Warszawa, 1999. (PIW.)


Обсуждение публикации

Высказаться      Прочитать отзывы

personalia | ruthenia – 10 | сетевые ресурсы | жж-сообщество | независимые проекты на "рутении" | добрые люди | НОВОСТЬ: Ruthenia в Facebook
о проекте | анонсы | хроника | архив | публикации | антология пушкинистики | lotmaniania tartuensia | з. г. минц

© 1999 - 2013 RUTHENIA

- Designed by -
Web-Мастерская – студия веб-дизайна